Когда мы узнаём, что человек одновременно поддерживал отношения с двумя партнёрами, очень легко дать этому моральную оценку. Изменил. Обманул. Не умеет быть верным. Значит, такой человек.
С психологической точки зрения гораздо интереснее другой вопрос:
почему именно в определённый момент жизни человек выбрал параллельные отношения как способ решения своей ситуации?
Ответ на этот вопрос не отменяет ответственности за поступок. Но позволяет понять его механизм. А понимание механизма особенно важно, если мы хотим ответить на следующий вопрос: будет ли человек поступать так же в будущем?
Человек не входит во взрослую жизнь с готовой инструкцией по построению отношений.
Первые способы взаимодействия с другими людьми мы получаем задолго до появления собственных серьёзных отношений. Мы наблюдаем за родителями и другими значимыми взрослыми, усваиваем способы разрешения конфликтов, отношение к близости, доверию, ответственности, сексуальности, браку, деньгам, детям.
Ребёнок постепенно формирует представление о том, что в отношениях «нормально».
Нужно ли говорить о своих чувствах? Можно ли показывать слабость? Что делать, если партнёру плохо? Как переживать конфликт? Нужно ли обсуждать неудовлетворённость или лучше молчать? Можно ли отказаться? Можно ли уйти? Что важнее — собственные потребности или сохранение отношений?
Часть этих правил родители сообщают непосредственно. Но гораздо больше ребёнок усваивает, просто наблюдая за тем, как живут взрослые.
А затем человек становится совершеннолетним и выходит с этим багажом в собственную жизнь.
И довольно быстро обнаруживает, что далеко не всё из полученного работает.
Можно представить раннюю взрослость как продолжительный эксперимент.
Человек пользуется теми алгоритмами, которые получил в семье и социальной среде, и одновременно получает обратную связь от реальности.
Его могли научить: «Всегда говори правду». Он обнаруживает, что существуют ситуации, в которых всё значительно сложнее.
Ему могли внушить: «Если любишь человека, никогда в нём не сомневаешься». А он вступает в отношения и обнаруживает, что можно любить и одновременно сомневаться.
Ему могли говорить: «Если решил жениться — значит, всё уже понятно». Но после предложения руки и сердца он продолжает испытывать тревогу, неуверенность или амбивалентность.
Человек постепенно выясняет, что реальная жизнь значительно сложнее правил, полученных в детстве.
Так появляется собственный опыт.
И иногда этот опыт приобретается довольно болезненным способом.
Нет одной причины, по которой люди вступают в параллельные отношения.
Иногда это действительно связано с сексуальной неудовлетворённостью. Но сводить все подобные ситуации исключительно к физиологии было бы серьёзным упрощением.
Параллельные отношения могут выполнять совершенно разные психологические функции.
Они могут становиться способом дистанцироваться от тяжёлой ситуации в основной паре.
Способом избежать сложного разговора.
Возможностью получить эмоциональную поддержку, которой человеку не хватает в существующих отношениях.
Попыткой проверить: «А можно ли жить по-другому?»
Способом отложить окончательный выбор между сохранением отношений и расставанием.
Возможностью убедиться в собственной привлекательности и значимости.
Иногда человек фактически «тестирует среду»: что ещё существует за пределами отношений, в которых он сейчас находится? Как я чувствую себя рядом с другим человеком? Что со мной происходит в другой модели взаимодействия?
Это не обязательно происходит сознательно.
Человек редко формулирует себе: «Сейчас я создам параллельные отношения, чтобы исследовать альтернативную модель близости».
Он просто оказывается в определённой эмоциональной ситуации и действует тем способом, который в данный момент кажется ему доступным.
Это особенно важно понимать партнёрам, переживающим последствия измены.
Если в прошлом параллельные отношения возникли в период снижения сексуальной активности пары, легко построить простую причинно-следственную связь:
нет секса → партнёр ищет секс на стороне.
После этого любое длительное отсутствие интимной близости может становиться источником сильной тревоги.
Но реальный механизм мог быть совершенно другим.
Например:
эмоциональное напряжение → ощущение одиночества или бессилия → неспособность обсуждать происходящее → дистанцирование → появление другого человека → параллельные отношения.
В таком случае секс оказывается не причиной происходящего, а частью гораздо более сложного процесса.
Для восстановления доверия в паре это принципиальное различие.
Партнёру недостаточно услышать: «Сейчас у меня никого нет».
Ему необходимо понять: почему это произошло тогда и что теперь будет происходить в аналогичной ситуации.
Существует ещё одна проблема.
Культура предлагает нам довольно устойчивую картину: начало отношений — самый счастливый и безоблачный период. Люди влюблены, смотрят друг другу в глаза, переживают «букетно-конфетный период», а настоящие проблемы начинаются значительно позже.
Поэтому измена в начале отношений может восприниматься особенно болезненно:
«Если ты поступил так тогда, когда мы должны были быть максимально влюблены друг в друга, что же произойдёт, когда станет действительно трудно?»
Но психологически начало отношений далеко не всегда является самым устойчивым периодом пары.
Наоборот.
Именно в первые годы люди выясняют, кто находится рядом с ними.
Поэтому зрелость пары определяется не отсутствием сомнений и конфликтов, а тем, каким образом партнёры научились с ними обращаться.
Здесь возникает ещё один важный вопрос.
Если человек однажды поддерживал параллельные отношения, означает ли это, что именно так он будет строить отношения всегда?
Не обязательно.
Мы вообще совершаем множество поступков, которые впоследствии не повторяем именно потому, что уже получили необходимый опыт.
Человек может однажды оказаться одновременно в двух отношениях и обнаружить, что совершенно не способен так жить.
Нужно постоянно распределять внимание. Что-то скрывать. Помнить, кому и что было сказано. Контролировать звонки и сообщения. Бояться разоблачения. Решать эмоциональные проблемы сразу в нескольких отношениях.
Для некоторых людей одного такого периода оказывается достаточно, чтобы понять:
«Я больше никогда не хочу так жить».
И это знание уже является частью личности человека.
Не потому, что ему объяснили, что изменять «плохо», а потому, что он сам узнал цену подобной модели.
Именно поэтому, оценивая прошлое человека, важно смотреть не только на событие.
Гораздо информативнее посмотреть на последовательность:
ситуация → решение → последствия → осмысление → изменение поведения.
Если человек просто повторяет один и тот же сценарий с разными партнёрами, меняя только обстоятельства и объяснения, можно говорить об устойчивом способе реагирования.
Но возможна и другая ситуация.
Человек пережил определённый опыт, столкнулся с его последствиями, понял собственный мотив и сформировал другие способы поведения.
Тогда в следующем кризисе вместо параллельных отношений он способен сказать:
И вот это уже принципиально другой психологический алгоритм.
Проблема заключается ещё и в том, что выйти из параллельных отношений иногда оказывается значительно сложнее, чем в них войти.
Появляются эмоциональные обязательства.
Привязанность.
Совместные планы.
Материальные связи.
Иногда — дети.
И человек постепенно оказывается внутри системы, которая требует всё больше ресурсов.
Особенно тяжёлая ситуация возникает при существовании двух семей.
Необходимо распределять время, внимание, деньги, праздники, поездки, болезни детей, чрезвычайные ситуации. Одновременно приходится контролировать информацию, чтобы одна часть жизни не пересеклась с другой.
Это создаёт огромную когнитивную и эмоциональную нагрузку.
Поэтому параллельные отношения могут влиять не только на личную жизнь человека, но и на его работоспособность, профессиональные решения и способность присутствовать в жизни собственных детей.
А если существование второй семьи неожиданно обнаруживается спустя годы, последствия затрагивают уже следующее поколение.
Для ребёнка или подростка это может означать не просто получение неприятной информации об отце или матери.
Может разрушиться целый пласт собственного прошлого:
«Значит, он был не в командировке?»
«Получается, всё это время существовала другая семья?»
«А чему тогда вообще из того, что я знал о своей семье, можно доверять?»
В этом случае речь идёт уже о серьёзном кризисе доверия и пересмотре собственной семейной истории.
Понимание психологических причин измены не означает её оправдания.
Взрослый человек несёт ответственность за решения, которые принимает, и за последствия этих решений для других людей.
Но ответственность и идея неизменности личности — разные вещи.
Можно признать:
«Да, я поступил именно так».
И одновременно:
«Теперь я понимаю, почему я так поступил, к чему это привело и каким образом я хочу действовать иначе».
Именно это отличает простое объяснение от рефлексии.
Фраза «так получилось» практически ничего не меняет.
Фраза «я понимаю, что со мной происходило и почему в следующий раз я буду действовать иначе» уже предполагает возможность формирования нового поведения.
Когда пара пытается восстановить доверие после параллельных отношений, бесконечное возвращение к вопросу «как ты мог?» редко даёт ощущение безопасности.
Гораздо продуктивнее постепенно получить ответы на другие вопросы.
И самый важный вопрос:
Потому что доверие восстанавливается не обещанием никогда больше не совершать ошибок.
Оно постепенно появляется там, где поведение другого человека становится понятным и предсказуемым.
В каком-то смысле взрослый человек складывается из двух больших пластов.
Первый — то, чему нас научили.
Семья, воспитание, культура, значимые взрослые дают нам первые представления о любви, близости, ответственности, конфликтах и способах решать проблемы.
Второй — то, чему мы научились сами.
И, возможно, одним из признаков психологического взросления становится момент, когда человек перестаёт объяснять свои поступки только тем, чему его когда-то научили или не научили родители.
Он начинает понимать собственные механизмы и постепенно формирует свои правила:
«Вот что я делал раньше. Вот почему я это делал. Вот к чему это привело. А вот как я хочу поступать теперь».
Прошлый опыт невозможно изменить.
Но можно сделать так, чтобы он перестал быть просто повторяющимся сценарием и стал опытом, из которого человек действительно чему-то научился.
Ксения Мироновская
сентябрь 2026
Ксения Мироновская
Клинический психолог
Консультации очно в Подгорице и онлайн
Ксения Мироновская
Клинический психолог
Консультации очно в Подгорице и онлайн
www.mironovskaya.com